Суд в Чечне отказался освободить Зарему Мусаеву, несмотря на состояние ее здоровья; Рамзан Кадыров провел свою "прямую линию" и вновь оправдал избиение арестованного за сожжение Корана; жители Дагестана борются за сохранение объекта ЮНЕСКО – об этом и не только в 162-м выпуске еженедельного подкаста Кавказ.Реалии.
Your browser doesn’t support HTML5
"Прямая линия" Кадырова | #162
Слушайте подкаст там, где это удобно вам:
Заложница Кадырова
Зарему Мусаеву, мать чеченских братьев-оппозиционеров Янгулбаевых, оставили в колонии-поселении – суд в городе Шали 12 декабря отказал ей в условно-досрочном освобождении. Это решение было предсказуемым: в деле 54-летней женщины, которую похитили из собственной квартиры, не дав даже обуться и взять жизненно необходимые лекарства, и которую уже почти два года удерживают в заключении, несмотря на серьезные проблемы со здоровьем, сложно было ожидать другого. Об этом редакции Кавказ.Реалии заявил сын Мусаевой, активист Абубакар Янгулбаев.
"Для меня это решение суда было неудивительным, оно меня не повергло в шок, потому что изначально необоснованно и незаконно моя мать была лишена свободы. В этой ситуации УДО больше необходимо было для того, чтобы предоставить ей право на лечение, на здоровье, так как, находясь в ограничении [свободы], находясь даже в колонии-поселении, у нее нет прямого, систематического и постоянного доступа к врачам, и если бы ее выпустили, то она бы, даже находясь в Чечне, смогла бы лечиться, смогла бы обращаться к врачам по своему сахарному диабету, по грыже и по остальным сопутствующим заболеваниям", – описал положение матери собеседник.
Зарему Мусаеву в январе 2022 года похитили из квартиры в Нижнем Новгороде и увезли в Грозный. Здесь ее обвинили в насилии к полицейскому и мошенничестве. Адвокаты заявляли об очевидных нарушениях и фальсификациях в уголовном деле, а правозащитники "Мемориала" прямо указали, что "преследование Мусаевой нельзя рассматривать иначе, чем взятие ее в заложники с целью возврата и наказания мужчин семьи по мотивам личной мести". У Заремы Мусаевой сахарный диабет второго типа и ряд других серьезных заболеваний. Несмотря на это, ее держали в следственном изоляторе, а этим летом приговорили к пяти с половиной годам колонии-поселения. Осенью Верховный суд Чечни сократил срок – на полгода.
Защита Мусаевой предоставила суду несколько доводов для ее условно-досрочного освобождения: ранее она никогда не привлекалась ни к уголовной, ни к административной ответственности, характеристики по месту ее жительства в Нижнем Новгороде и в Грозном, где прописана женщина, – положительные, денег государству в качестве компенсации за какой-либо ущерб она не должна. Против УДО для Мусаевой выступила администрация колонии-поселения в Аргуне, там так и заявили: "цели наказания не достигнуты", осужденная не признала вину, а также демонстрирует некое "шантажное поведение", не уточнив, что именно под этим подразумевается.
Главный аргумент стороны защиты – что Мусаева должна быть освобождена от наказания по состоянию здоровья – суд на заседании 12 декабря рассматривать отказался. В связи с этим адвокат Александр Савин подал новое ходатайство, теперь матери братьев-оппозиционеров Янгулбаевых предстоит новая врачебная комиссия и новое судебное разбирательство по поводу ее возможного освобождения.
Сама Зарема Мусаева на отказ суда в условно-досрочном освобождении отреагировала в привычной для себя манере. "Все хорошо, а будет еще лучше, надежда умирает последней", – заявила она после заседания.
"Прямая линия" главы Чечни
На диване с подушками, с чучелом волка, ружьями и саблями по сторонам, надписью на арабском языке за спиной и с айфонами на столе – в таком антураже глава Чечни Рамзан Кадыров 13 декабря провел свою "прямую линию". Она продлилась два с половиной часа, но наибольший резонанс вызвал двухминутный отрывок, на котором Кадыров вновь прокомментировал нападение его несовершеннолетнего сына Адама в СИЗО Грозного на арестованного за сожжение Корана Никиту Журавеля.
"Наказывать? За что наказывать?.. Было бы хорошо, если бы он убил его там на месте", – заявил руководитель субъекта России под камеры.
По сути, ничего нового по вопросу о нападении на Журавеля глава Чечни не сказал, но привел некоторые подробности общения с сыном: как выразился сам Кадыров, он "мучал" Адама, рассказывая, что в его отношении возбудили уголовное дело и что за избиение ему грозит шесть-восемь лет лишения свободы, а подросток в ответ якобы говорил, что "сочтет за честь сидеть в тюрьме". "Ну, если суд не принял такое решение, мы не должны сами бегать, чтобы его наказывали", – резюмировал Кадыров.
В Кремле на момент записи этого выпуска не комментировали новые заявления главы Чечни, которые в очередной раз продемонстрировали, что в республике фактически действуют собственные "законы". Ранее опрошенные редакцией Кавказ.Реалии политологи указывали, что Кадыров использует демонстративное избиение Журавеля и последовавшие за этим многочисленные награждения Адама, чтобы окончательно размыть политический контроль со стороны федеральных властей и затем самостоятельно выбрать себе преемника из числа родственников.
Никита Журавель – уроженец аннексированного Крыма, который жил и учился в Волгограде. Как утверждает российское следствие, он сжег Коран "по указанию спецслужб Украины", но доказательства в подтверждение этой версии представлены не были. Молодой человек после ареста неоднократно извинялся перед мусульманам за свой поступок. Еще весной по поручению из Москвы расследование дела вместе с самим Журавелем передали в Чечню, сославшись на обращения из республики, хотя по действующим законам это не могло являться основанием для такого решения.
Потерпевшими по делу о сожжении Корана в Волгограде объявлены 13 имамов из Чечни. С конца ноября в Грозном заслушивают их показания – на этой неделе допросили еще пятерых. Они вслед за "коллегами" тоже заявили об "огромном моральном вреде всем мусульманам" из-за поступка Журавеля и о глубоких личных переживаниях. Избиение молодого человека в СИЗО никто из имамов в суде пока не упоминал, как и его раскаяние и заявление о желании изучить Коран.
Суды над чеченцами в Европе
В Германии суд отменил запрет на депортацию 21-летнего Нуради А.: в прошлом году на гей-параде он избил транс-мужчину, который затем скончался в больнице. Фамилия Нуради не называется, но известно, что в Германию он переехал вместе с родителями еще в подростковом возрасте. Адвокат утверждает, что молодой человек сам является гомосексуалом и что его семья из-за этого получала угрозы от земляков. Версию конфликта на гей-параде немецкие СМИ описывают так: Нуради пришел на мероприятие "из интереса", начал приставать к девушкам, те дали отпор, после чего молодой человек стал оскорблять их и угрожать убийством. За пострадавших вступился транс-мужчина; Нуради, который занимался боксом, ударил его в голову и грудь, тот упал на тротуар, его доставили в больницу, где через пять дней он умер.
Весной Нуради приговорили к пяти годам лишения свободы и обязали пройти реабилитацию из-за проблем с алкоголем и наркотиками. Теперь ему также грозит депортация в Россию, окончательное решение по этому вопросу пока не принято.
Другой процесс над уроженцем Чечни начался в Лондоне. Там судят Магомеда-Хусейна Довтаева – по делу о подготовке нападения на офис иранской телекомпании. Согласно официальной версии, Довтаева задержали в феврале этого года, когда он прилетел из Вены в Лондон, чтобы провести разведку здания, в котором расположен телеканал Iran International (британский суд охарактеризовал это медиа как "независимый новостной канал, критикующий нынешний режим в Иране".)
Довтаеву 31 год, детали его биографии не известны. Сам он обвинения в участии в подготовке теракта на территории Великобритании отвергает.
Вопрос Путину из Дагестана
Жители дагестанского села Новая Урада вблизи Махачкалы записали обращение к президенту России Владимиру Путину с требованием прекратить строительство мусорного полигона. Акции протеста по этому поводу начались еще весной и продолжаются до сих пор. Жители села жалуются, что полигон строят вблизи жилых домов и недалеко от бархана Сарыкум. Это крупнейший бархан в Евразии, здесь, кстати, снимали сцены советского фильма "Белое солнце пустыни". Что более важно, Сарыкум находится в составе Дагестанского заповедника и является объектом всемирного наследия ЮНЕСКО.
"Хотелось бы спросить, как мои дети завтра будут защищать родину, если сегодня нас пытаются отравить гигантским мусорным полигоном в миллионы тонн захоронения возле населенного пункта. И таких семей, как моя, тут тысяча. Всякие попытки достучаться до властей воспринимаются как дестабилизация обстановки нами", – заявила одна из участниц обращения к президенту.
"Это моя родина, я здесь родилась и я здесь живу. Там рядом – бархан Сарыкум, и на месте этого мусорного полигона было маковое поле. Это наша боль. Это, можно сказать, было сердцем [Новой] Урады. Уважаемый Владимир Владимирович Путин, мы против этого мусорного полигона", – сказала на камеру девочка.
Читайте также Прямая линия Путина: что он сказал и в чем солгалТем временем Росприроднадзор официально признал загрязнение окружающей среды в другой части Дагестана – в районе реки Андийское Койсу и Ирганайского водохранилища. Общая сумма ущерба, по оценкам федерального ведомства, составила почти 600 миллионов рублей (это более шести с половиной миллионов долларов по курсу на 14 декабря). По данным Росприроднадзора, в реке и водохранилище скапливаются твердые бытовые отходы из ближайших населенных пунктов – их смывает во время паводков. Площадь загрязнения составляет 26 тысяч квадратных метров – это примерно четыре футбольных поля. О загрязнении в этом районе Дагестана известно давно, как минимум с 2021 года. Когда ситуация изменится, неясно. Росприроднадзор заявил о возбуждении уголовного дела в отношении "загрязнителя", конкретных ответственных ведомство не назвало.
Подписывайтесь на подкаст Кавказ.Реалии: