Со дня расстрела братьев Гасангусейновых, которых силовики пытались выдать за боевиков, прошло ровно 8 месяцев. В правительстве Дагестана весьма остро реагирует на вопросы о трагедии, не желая говорить об этом с журналистами по телефону.
"Просьба набраться терпения. Всем, у кого есть сомнения, будет дан ответ".
Дагестанцы продолжают следить за ситуацией вокруг убийства братьев: сочувствующие строчат в соцсетях гневные сообщения в адрес властей и клеят на свои автомобили стикеры в память о расстрелянных пастухах. Правозащитники устраивают пресс-конференции, адвокаты громко ругаются со следователем, требуя допустить их к делу. И только глава республики Рамазан Абдулатипов молчит.
Напомним, 19-летний Гасангусейн и 17-летний Наби Гасангусейновы были расстреляны силовиками 23 августа 2016 года недалеко от родного села Гоор-Хиндах Шамильского района Дагестана. Силовики заявили, что ликвидированные являются боевиками. По их версии, парни якобы на них напали, после чего были убиты ответным огнем. Односельчане чабанов вышли на протестные акции, приводя многочисленные доказательства непричастности молодых людей к вооруженному подполью.
Всех интересующихся расследованием убийства Гасангусейновых в инстаграме Абдулатипова блокируют
Официальная реакция властей Дагестана появилась только спустя 6 дней. 29 августа Абдулатипов прокомментировал убийство молодых людей в своем инстаграме: "По данному факту следственным управлением СК РФ по Республике Дагестан возбуждено уголовное дело. Родственники и односельчане убитых отрицают возможность участия молодых людей в незаконных вооруженных формированиях. <…> Я с прокурором республики обсуждал эту проблему, он держит расследование под контролем. Просьба набраться терпения. Всем, у кого есть сомнения, будет дан ответ".
Родители ребят - Муртазали и Патимат Гасангусейновы - начали кампанию в защиту честного имени своих сыновей. Их поддержали многие дагестанцы: была создана инициативная группа для выяснения обстоятельств убийства братьев.
В марте стало известно, что Гасангусейновы обратятся в Европейский суд по правам человека. Также они учредили правозащитную организацию имени Наби и Гасангусейна, которая будет помогать людям, оказавшимся в аналогичной ситуации.
Корреспондент "Кавказ.Реалии" пытался уточнить в инстаграме Абдулатипова: когда же обещанный ответ всем сомневающимся будет дан. Однако подчиненные чиновника предпочли заблокировать нас.
Неудобный вопрос, разумеется, можно удалить, однако проблема от этого никуда не исчезнет.
Руководитель пресс-службы главы и правительства Дагестана Тамара Чиненная, с которой связался "Кавказ.Реалии", поначалу переадресовала вопрос вице-премьеру по безопасности Рамазану Джафарову, поскольку Абдулатипов находится в Ставропольском крае и у нее якобы нет с ним контакта. Когда же мы попросили связать нас с представителем Джафарова, чиновница отметила, что его "пресс-служба это я, потому что я руководитель пресс-службы главы и правительства".
"Но так как тоже нахожусь вне Дагестана, не могу сказать, как с ним связаться, - отрезала она. - Не имею информации, на работе ли он или где-то на выездных совещаниях. Вам нужно позвонить в его приемную и выяснить у секретаря".
На вопрос, стоит ли в ближайшее время ожидать официального заявления главы Дагестана по делу Гасангусейновых, собеседница заявила, что "не обсуждала этот вопрос с Рамазаном Гаджимурадовичем" и, следовательно, не может его комментировать.
По телефону, учитывая, что вы звоните из Чехии, я вам не буду больше отвечать ни на какие вопрос.
Когда же мы попытались узнать дату возвращения Абдулатипова из Ставропольского края, Чиненная разразилась гневной речью: "Я вообще, если честно, никогда с вами не работала. Это раз. Вы должны прислать официальный запрос. Это два. По телефону, учитывая, что вы звоните из Чехии, я вам не буду больше отвечать ни на какие вопросы".
Возможно, региональное правительство может себе позволить таким образом контактировать со СМИ. Но отмалчиваться на вопросы Патимат и Муртазали Гасангусейновых у чиновников нет морального права как минимум.