"Когда я передавала ему дочь, точно не думала, что он может ее похитить. Как оказалось позже, все было заранее спланировано", – рассказывает Ксения Шишкина из Москвы. Она одна из тех, кому пришлось столкнуться с семейным киднеппингом. Ее бывший муж, предприниматель Станислав Сажин забрал их общего ребенка 9 октября якобы для поездки в Суздаль. С того момента Шишкина дочь не видела. Таких, как Шишкина, по России десятки, пишет Радио Свобода.
Пока правозащитники связывают происходящее с несовершенством законодательной системы и помогают родителям добиться правосудия, Сажин запускает собственный курс "похищение детей для чайников" и рассказывает о механиках "похитителей".
Скрывать дочь до 17 лет
С момента исчезновения дочери Ксения Шишкина ни разу с ней не общалась.
– Он предлагал видеозвонок, я согласилась, – вспоминает она. – А потом появилось условие: я должна была подписать документ, согласно которому я не могу записывать мой разговор с ребенком и не могу ничего о нем сообщать в интернете или в СМИ до 2033 года. На это я пойти не могла.
Переживаю, что он что-то сделает с ребенком
Такую дату в документе о неразглашении Шишкина связывает с решением бывшего мужа скрывать дочь до ее 17-летия. Об этом он сообщал в соцсетях. Где Станислав Сажин находится сейчас, она не знает: "Могу только предположить, что в какой-то безвизовой стране". Сейчас Сажин и его дочь объявлены в международный розыск, это должно помочь определить их местонахождение.
– Мне очень страшно, потому что я не знаю, что дальше. Ресурсы у него уже заканчиваются, авторитет в бизнесе подорван. Я переживаю, что он может что-то сделать с ребенком. Есть ведь статистика по отцам, которые совершили суицид и убили своих детей, именно забрав их из дома, – переживает она.
Последний такой инцидент произошел в конце декабря в Уфе. Отец вместе с шестилетним сыном и годовалой дочерью отравились угарным газом в автомобиле. До этого мужчина поссорился с женой и забрал детей из дома.
"Пожертвовал всем ради дочери"
Отдам дочь жене сейчас – больше никогда ее не увижу
Сам Сажин выглядит уверенно и не сильно переживает из-за растраченных ресурсов. "Я пожертвовал всем, чтобы быть со своей дочерью", – говорит он. Основная проблема России, по его словам, состоит в том, что суды изначально встают на сторону женщины, доверяя ей после развода полную опеку над ребенком. Он же хочет, чтобы у них с женой были равные права на воспитание дочери.
"Я предлагаю бывшей жене сесть за стол переговоров. Она же постоянно отказывается", – утверждает Сажин. По его словам, бывшая жена выставляет ему требование: сначала он должен отдать ребенка – потом начнутся переговоры. Его это не устраивает. Сажин уверен, что если отдаст дочь бывшей жене сейчас – больше он ее никогда не увидит.
По словам предпринимателя, изменить судебную практику в России можно, доказав на собственном примере, что отец может самостоятельно заботиться о своем ребенке. С этой целью Сажин создал сообщество в фейсбуке "Папа важен", где рассказывает об ущемлении прав отцов на законодательном уровне и ищет единомышленников. Сейчас в группе 123 участника. В основном это отцы, которых лишили возможности видеть своих детей, рассказывает Сажин.
Вдохновившись успехом отцовского сообщества, он запустил серию вебинаров в инстаграме. Несмотря на то что темы эфиров звучат как "похищение ребенка для чайников" и "что сделать, чтобы вас не нашли", Сажин утверждает: его главная цель – помочь тем, кто своих детей ищет.
Скрываться с ребенком очень тяжело
"Я ускользаю от огромного количества людей, которые хотят меня поймать. Я точно знаю, что могут предпринять люди, которые похищают детей, и хочу рассказать, как можно использовать эту информацию, чтобы их найти", – говорит он. Тех, кто хочет похитить ребенка с плохими намерениями, на самом деле очень мало. Многие из этих людей хотят договориться с партнером, но тот не идет на диалог. В итоге у них просто не остается другого выхода, считает Сажин.
Скриншот из сториз Станислава Сажина в Instagram
Он уверен, что использовать информацию, которую он дает на семинарах, массово никто не будет: "Мне кажется, благодаря этим эфирам люди просто поймут, что скрываться тяжело: это требует больших финансовых вложений, к тому же ты постоянно находишься в стрессе".
Сам он пошел на "похищение", потому что тоже не видел другого выхода, утверждает Сажин. Бывшая жена перестала давать ему видеться с дочерью в марте, когда началась пандемия коронавируса. Шишкина, по его словам, решила самоизолироваться с ребенком у своих родителей во Владимирской области. "Мне давали пару раз видеться с дочерью. В итоге за все время до октября я видел ее в сумме две недели, – вспоминает он. – Я заметил, что дочь начала от меня отдаляться, хотя раньше мы проводили много времени вместе. Я звонил Шишкиной, умолял ее показать мне ребенка. Она же либо не отвечала, либо отказывалась. Потом предложила общаться с ней через ее адвоката".
Реклама курсов Станислава Сажина в Instagram. Скриншот
Адвокат, по словам Сажина, постоянно требовал денег. "Писал, что я должен прислать сначала 2,5 миллиона рублей, а потом отдавать по 200 тысяч рублей в месяц. Это притом что дочь я всегда обеспечивал", – сетует предприниматель. В итоге он забрал дочь у бывшей жены под предлогом совместного путешествия, начал с ней скрываться и отрезал от контакта с матерью.
Старалась быть послушной женой
Муж москвички Оксаны Квятковской никуда не уезжал. Несмотря на это, увидеть своих сыновей она не может с апреля. Они остались жить с мужем, после того как Оксана с другими детьми убежала ночью из дома, спасаясь от домашнего насилия. Каждый раз, когда Квятковская приходит к нему, чтобы навестить сыновей, подписать мировое соглашение и определить место жительство детей, муж под разными предлогами отказывается открывать ей дверь, а потом жалуется в госорганы и говорит, что мать сама бросила семью.
Пока мама нас обслуживает, она может жить тут
Расписались они в 2008 году. Проблемы начались тогда же. "Я почти сразу поняла, что Вадим не тот веселый, коммуникативный человек, с которым я познакомилась, – вспоминает Оксана. – У нас была православная семья, все говорили, что с появлением ребенка станет веселее. В реальности же с каждым новым ребенком становилось все хуже".
Всего у семьи в браке родилось пятеро детей, один из них – с инвалидностью. "Как только появился первый ребенок – он постоянно ему мешал. Я помню, мне приходилось, не позавтракав, тащить малыша гулять, как только он просыпался, чтобы не мешать Вадиму спать. Возвращались мы, когда муж просыпался", – рассказывает Квятковская.
Бывали в семье и хорошие времена, когда Вадим радовался и общался с женой по-доброму. "Я расслаблялась – думала, что так будет всегда", – вздыхает москвичка. Дальше снова начинались скандалы. Иногда Вадим поднимал на жену руку. Квятковская не раз вызывала полицию, но это ни к чему не приводило. Серьезный конфликт назрел в декабре 2019 года. Тогда семья только переехала в большую квартиру, где даже у Квятковской появилась собственная комната.
Ко мне было отношение как к бессловесному рабу
"У меня была последняя надежда, что после переезда он начнет себя лучше вести, но этого не случилось", – рассказывает она. Во время переезда в присутствии детей, по словам Квятковской, Вадим сказал, что в самой маленькой комнате будет жить домработница, "а это у нас мама, и пока папу устраивает, как она нас обслуживает, папа позволит ей там жить". "Я воспитана в традициях и канонах православной церкви и все время старалась быть послушной женой, не перечить мужу, любое его недовольство нивелировать, но тут уже поняла, что не могу больше так жить", – говорит она.
Оксана предложила мужу разъехаться: она с детьми хотела поехать в их старую маленькую квартиру, а ему оставляла большую. Квартиры находились рядом. Квятковская была уверена, что этот вариант всех устроит: муж сможет часто видеться с детьми, она же, как и раньше, будет заниматься их воспитанием.
Если мужу не нравился ужин, он лишал меня денег
Вадим же в ответ разгромил квартиру так, что она не могла уже туда въехать, а потом еще и ограбил: вынес из комнаты все документы, драгоценности и технику. В итоге Квятковская не уходила. Сначала он давал ей деньги на детей, потому что она была в декрете. В январе начал угрожать, что прекратит это делать, если жена не будет выполнять все его требования.
"Он относился ко мне как к бессловесному рабу. К примеру, из-за того, что пюре на ужин показалось ему слишком жидким, он лишал меня денег, – вспоминает Квятковская. – В какой-то момент мне даже пришлось одалживать у друзей и мамы, чтобы как-то прокормить нас с детьми. Тогда я сказала Вадиму, что не могу кормить на эти деньги и его, и он стал демонстративно заказывать еду из ресторанов только для себя. Это было дико".
В марте 2020 года она подала заявление на алименты. Начались споры. В итоге Вадим решил, что будет переводить жене половину своей официальной зарплаты – 50 тысяч рублей. "Он очень обеспеченный человек, и это, конечно, не весь его доход", – уточняет Квятковская. Однако после месяцев без денег она была рада и этой сумме.
По 50 тысяч рублей он переводил всего несколько месяцев. В апреле 2020 года Квятковская забрала детей, собрала свои вещи и ночью ушла из дома. Один сын остался в квартире вместе с Вадимом, потому что спал в его комнате. По словам Квятковской, это единственный ребенок, который привязан к отцу. Она понимала, что, забрав его, рискует остаться в квартире навсегда, а это становилось небезопасно уже для нее и детей.
Вместе с детьми Квятковская ушла жить к друзьям. За сыном планировала сразу же вернуться, но Вадим уже ее не пустил в квартиру. Через некоторое время переманил к себе второго сына, пообещав, что подарит компьютер и сенсорный телефон. Квятковская отпустила его, потому что не хотела препятствовать общению детей с мужем и была уверена: после этого муж точно пойдет на переговоры.
Через месяц после того, как второй сын переехал к отцу, Вадим стал переводить Квятковской по 30 тысяч рублей в месяц. Поговорить с детьми он ей по-прежнему не давал, к детям, которые живут с ней, приходил всего пару раз. Сам Вадим, однако, утверждает, что общению матери с детьми, которые живут с ним, никогда не препятствовал. По его словам, и он, и дети работают с психологами и надеются, что ситуация скоро разрешится.
"Суд уже давно не на стороне матери"
Судебное заседание об определении места жительства детей назначено на 28 января. Квятковская не верит, что проблема решится в ее пользу. По ее словам, "суд давно уже не на стороне матери". Она обращалась в органы опеки, к детскому омбудсмену, в московский отдел МВД и Генпрокуратуру. От ведомств либо не было ответов, либо приходили "отписки".
История семьи Квятковских – не редкость, говорит директор Благотворительного фонда профилактики социального сиротства Александра Марова. Госорганы действительно мало чем могут помочь в этой ситуации. Все дело в том, что в России нет понятия "семейное похищение".
Приставы могут бесконечно гоняться за должником
"У нас в Уголовном кодексе есть статья 126 – "Похищение человека". Если же ребенка забирает один из родителей, который не лишен родительских прав, уголовное дело не возбуждается", – рассказывает Марова. Так происходит, потому что семейный кодекс закрепляет за родителями равные права на ребенка после развода. Даже если один из супругов имеет решение суда о том, что дети должны жить с ним, другой все также имеет равные права на их воспитание. "Это такой парадокс действующей законодательной системы", – отмечает эксперт.
Александра Марова
Вторая проблема – судебные приставы. Именно они занимаются выполнением решения суда, если по нему ребенок должен быть передан одному из родителей. "Система устроена так, что приставы могут гоняться бесконечно за должником. Даже если они обнаружили его на своей территории, они не могут сию минуту отобрать у него ребенка. Сначала они обязаны предупредить его о совершении исполнительных действий. Потом должны вызвать органы опеки и родителя, которому ребенка передают. Организовать все это быстро невозможно, а значит, у должника есть огромное количество времени, чтобы снова скрыться", – говорит Марова.
Этот пробел в работе судебных приставов позволяет недобросовестным родителям оставаться безнаказанными, если они решили похитить ребенка. Чаще всего, по словам Маровой, это отцы, которые пользуются своим физическим и финансовым превосходством.
По ее данным, случаев семейного киднеппинга с каждым годом становится все больше. "Их и раньше было много. Просто до этого люди не выносили эти истории на публику, а действия правоохранительных органов не оспаривали, – отмечает Марова. – Истории о семейном киднеппинге ведь читают и отцы, которые хотят похитить ребенка, понимают, что им за это ничего не будет, и решают попробовать".
Похищают детей, по словам правозащитницы, не только те супруги, которых лишили возможности видеться с ребенком. Нередко такие истории происходят в семьях, где нет никаких запретов. Просто один из родителей в какой-то момент забирает ребенка и решает больше не отдавать. Причины могут быть самыми разными: от желания манипулировать таким образом бывшим партнером до попытки ухватиться хоть за что-то важное в жизни. Большинство таких историй происходит в семьях, где было домашнее насилие, добавляет Марова. Мать, не выдержав, уходит. И тогда бывший супруг старается повлиять на нее через ребенка.