Несколько недель назад Анзор Масхадов, сын избранного президента сепаратистской Ичкерии Аслана Масхадова, заявил об участившихся случаях давления на родственников в Чечне. По его словам, после очередного визита и прессинга со стороны кадыровцев умер его пожилой дядя.
Масхадов рассказал, что власти начали использовать его родных в пропагандистских программах на телевидении. Племянник и бывший охранник его отца Висхан Хаджимурадов был вынужден выступить на госканале ЧГТРК "Грозный" и заявить о предательстве лидеров Ичкерии, которые "сбежали в Европу от войны". Его заставили оговорить окружение Масхадова-старшего, уверен Анзор. При этом на самом телеканале сведения о принудительном участии Хаджимурадова в записи опровергли.
После череды случаев давления Анзор Масхадов записал видеообращение к властям Чечни, в котором потребовал оставить его родных в покое.
В интервью Кавказ.Реалиям он рассказал, почему некоторые члены его семьи не покинули Чечню и что он отвечает тем, кто критикует его за неучастие во второй российско-чеченской войне.
– В недавнем обращении к руководству Чечни вы рассказали о давлении на родственников. В ответ на критику в сюжете канала "Грозный" за неучастие во второй войне вы представили отрывок из вашей аудиопереписки с отцом. Зачем вы это сделали?
– Мне пришлось переступить через себя и поставленные мною границы, чтобы даже так мягко выступить. Всегда сторонился этого. С прошлого года они (кадыровцы - прим. ред.) начали называть мое имя, порочить меня. Они педалируют тот факт, что я не участвовал во второй российско-чеченской войне. Это один из методов их пропаганды. Кадыров-старший бросал упреки в адрес моего отца за то, что тот отправил свою семью в Малайзию. Но я жил там всего полтора года. Потом жил в Арабских Эмиратах, Турции и Баку. Все эти критики-пропагандисты сами не принимали никакого участия в первой российско-чеченской войне. Я был с отцом во время первой войны, и мне легко противостоять их лжи.
Я выложил ролик с фрагментом записи 2004 года, где говорю, что хочу быть рядом с отцом [во время второй российско-чеченской войны], и его ответ на это. Ранее я выставлял и другую запись с фотографиями, где он говорит, что хотел бы, чтобы я был с ним рядом, как в первую войну.
Фрагмент записи
Аслан Масхадов: Да приветствует тебя Всевышний, Анзор! Я получил от тебя диск, я послушал о том, что ты хочешь быть здесь, рядом. Тяжело будет с дорогой. И это небезопасно. Я сам много об этом думаю. Хотеть недостаточно, это будет опасно. Разговоры и сплетни не остановишь. Вокруг президента они бывают всегда.
В то время звонить было очень опасно, мы с отцом обменивались сообщениями на кассетах, а потом на флешках. Сейчас это уже не секрет, могу об этом говорить. Я активно начал этим заниматься с 2002 года. Нашими связными были почтальоны. Все кассеты проходили через меня. В начале двухтысячных я находился в Азербайджане или Турции. Отец передавал через меня послания к Ахмеду Закаеву (бывший вице-премьер Ичкерии - прим.ред.), к Ильясу Ахмадову (бывший министр иностранных дел Ичкерии - прим.ред.) и другим адресатам, а я распределял и высылал дальше. И через меня почта шла обратно домой к отцу.
Справка: В июле 1991 года была образована Чеченская республика Ичкерия под руководством генерала советских ВВС Джохара Дудаева. Ставший президентом России Борис Ельцин ввел в республике чрезвычайное положение. 31 декабря 1994-го начался штурм Грозного. 21 апреля 1995 ракетным ударом Дудаев был убит. 31 августа 1996 года года по итогам новых переговоров были подписаны Хасавюртовские соглашения, по которым Ичкерия де-факто получила независимость, хотя вопрос о статусе территории был отложен до 2001 года. Аслан Масхадов в декабре 1996 года выдвинул свою кандидатуру на пост президента. В начале 1997 года он победил на выборах. В начале нулевых во время второй российско-чеченской войны Масхадов ушел в подполье после того, как Грозный был взят федеральными войсками. Он был убит в 2005 году в спецоперации в чеченском селе Толстой-Юрт.
– Почему не покинули Чечню ваши родственники, которые, как вы заявляете, подвергались избиениям, похищениям и угрозам?
– Не у всех есть возможность уехать. Тем более, мои родственники – это такие же простые люди, как и все остальные. Всегда зарабатывали честным трудом. Уверен, что дома [в Чечне] много людей, которые хотели бы уехать туда, где есть стабильность и никто не притесняет. Но тяга к родной земле и отсутствие возможностей останавливает их.
– Как живут сейчас ваши родные в Чечне и в какой сфере работают?
– Знаете, я давно с ними не связывался. Боюсь, что даже это может повлиять на их безопасность.
– Какая бывает реакция властей Чечни на ваши обращения в ютубе?
– Было бы лучше, если бы не доводили меня до таких обращений. Но я знаю, что они сейчас готовят и что хотят сделать. Жизни видеоблогеров-критиков режима Кадырова в Европе по-прежнему под угрозой. Моих родственников могут заставить отречься от меня, такими методами они показывают свою сущность.
– Бывший охранник вашего отца выступил на ЧГТРК "Грозный". Министр печати Чечни Ахмед Дудаев заявил, что это была инициатива самого героя. Вам удалось что-то выяснить про обстоятельства подготовки того эфира?
– Нет, это очередная ложь, это была не его инициатива. Что они еще могут придумать в качестве оправдания?
– На ваш взгляд, на события в Чечне начала двухтысячных как-то повлияло то, что вы в войне не участвовали?
– Думаю, если бы я там был, то в ходе событий ничего бы не изменилось. Просто убили бы меня, ну и забыли. Для меня это самый тяжелый период в жизни. Быть вдали от родины, от родных и отца - все это тяжело. Мой отец трижды пытался забрать меня к себе разными дорогами, но каждый раз что-то шло не так. В то время я работал как специальной представитель президента Ичкерии. Поняв, что будет нелегко перебраться и есть риск попасть в руки врага, президент назначил меня директором информационного-аналитического центра. Я продолжаю следовать приказу своего президента, распространяя правду. Моя совесть чиста перед Всевышним, народом и отцом. И все эти высказывания горе-пропагандистов вызывают у меня чувство жалости.
– Обсуждалась ли передача власти вам в случае гибели Аслана Масхадова?
– Нет, у нас президент – это выборная должность. Были приняты Конституция и законы. Нельзя было взять и передать власть. После убийства нашего президента его заменил вице-президент Абдул-Халим Садулаев. Он погиб в бою летом 2006 года.
Грозный, напротив президентского дворца осенью 1994 года. Анзор Масхадов наверху в берете. На первом плане Аслан Масхадов разговаривает с добровольцами.
– Некоторые сторонники и противники вашего отца говорят, что он был слишком мягким лидером, поэтому оппозиция, поддерживаемая Россией, подрывала обстановку. А силовые отряды действовали порой как банды.
– Соглашусь, он был мягок к своему народу из-за любви к нему и уважения. Он любил свой народ и сделал все, чтобы мы не пролили кровь. Только безумец и подлец будет хотеть крови. Как в 1996-ом закончилась первая российско-чеченская война, Кремль, стал планировать новое вторжение. Но для него им была нужна причина. Они пытались разделить нас, чтобы мы начали стрелять друг в друга, но мы этого не сделали. Хотя были подстрекатели такие, как Ахмат Кадыров, Сулим Ямадаев и другие. Потом запланировали операцию с громким названием "вторжение чеченцев в Дагестан". Хотя боевые действия там начали еще до того, как Басаев пошел туда. И пошел он туда по просьбе о помощи со стороны местных группировок. Как доброволец.
Тем, кто критикует Масхадова за мягкость, отвечу лишь одно: как может мягкий человек воевать и идти до конца?
Справка: 2 августа 1999 года в Цумадинском районе Дагестана около тысячи человек из отрядов полевых командиров Басаева и Хаттаба атаковали село Гигатли. На другой день нападению подверглось село Агвали. 6–7 августа 1999 года боевые действия разгорелись уже в Ботлихском районе – участники рейда вошли в села Ансалта и Рахата. По данным следствия, тогда было убито 33 российских военных, 34 получили ранения. С этих событий началась вторая российско-чеченская война. Аслан Масхадов тогда выступил с осуждением вторжения Басаева.
– Как так получилось, что вы попали в кадр с Ахматом Кадыровым?
– Это был 1996 год, война уже закончилась. Я снимал встречу своего отца с генералом Александром Лебедем, они подписывали Хасавюртовские соглашения, я фиксировал. Со стороны нас сняли.
Анзор Масхадов и Ахмат Кадыров во время подписания Хасавюртовских соглашений
– Сейчас часто обсуждают вопрос, был ли официально принят шариат в Конституции Ичкерии.
– Еще в 1999 году Басаев и другие командиры хотели от себя объявить шариат в республике. Это было некое заигрывание с религией. Они были в оппозиции моему отцу. Они начали давить на него, выдумывать, что якобы он действует по указке Кремля и что он против ислама и шариата, что он не хочет шариатского правления.
Отец хотел выбить почву у этой оппозиции. Он прекрасно понимал, что это внутреннее противостояние выгодно лишь Кремлю, который в то время готовил новое вторжение в Ичкерию. Все мусульмане должны стремиться и поддерживать шариат, это говорит нам наша религия. Масхадов объявил его еще в феврале 1999 года. Но средства массовой информации преподносят это чуть ли не как призыв к войне.
Другое дело – призывать к войне мужское и женское население, к джихаду, как это делал Ахмат Кадыров с 1994 года. Но об этом в России не любят вспоминать.
– Как вы оказались в Норвегии?
– Наша семья поселилась в Турции. Нас там понимали и принимали. После убийства отца мы перебрались в Азербайджан. Арабские же страны дружат с Россией и оставаться там было небезопасно. В итоге в 2006 году мы переехали в Норвегию. Здесь большая диаспора, мы общаемся, встречаемся с земляками.
– Встречаться с земляками небезопасно, как показали последние покушения и убийства блогеров. Например, убийства критиков главы Чечни Рамзана Кадырова Мансура Старого и Анзора из Вены, покушение на Тумсо Абдурахманова.
– Я сам по себе открытый человек и риск люблю. Но наивность может подвести, поэтому я остерегаюсь, размышляю, кто и зачем вышел со мной на связь. Учитываю опасность.
– Вы думали о том, как будет развиваться ситуация в Чечне, если не будет Путина? Или если не будет Кадырова?
– Если не станет сегодняшнего ставленника, вместо него поставят другого. Такого же или еще хуже. Такого же уровня, как Кадыров, который прямо на камеру оскорбляет людей.
Если не будет Путина, то у россиян есть шанс восстановить свои права и не дать хотя бы другим добить Россию. И сейчас не поздно. Если не будет Путина, не будет и остальной преступной цепочки, если вместо него придет адекватный человек.
– Чем могла бы жить Чечня при независимости, какими ресурсами?
– России было бы выгоднее дать нам независимость. И они бы не делали те подачки, которые делают сегодня своему режиму. Жить-то мы умеем. И жили хорошо до начала первой российско-чеченской войны. Люди вели мелкий бизнес, закупали товар за рубежом. Выживали и у государства ничего не просили. Выход на международный рынок у нас был бы через Грузию при независимости. Даже если бы Россия поставила "большую китайскую стену", нам было бы легче.
***
Анзор Масхадов хранит и распространяет документальные свидетельства о периоде Ичкерии и российско-чеченских войнах. В настоящее время он работает над второй книгой об отце. Первая под названием "Борец за свободу. Мой отец – чеченский президент" вышла в 2010 году.