Правительство немецкой земли Бранденбург инициировало проект по изучению положения и потребностей мигрантов, живущих на его территории. Об этом стало известно из письма, распространенного чиновниками. Ученые назвали чеченцев одной из самых закрытых и малоизученных групп беженцев.
Доктор Олаф Глёкнер из Мозэс Мендельсон Университет Потсдам и доктор Вахид Вахдат-Хаг, политический и социологический исследователь, опрашивают мигрантов об их положении в стране, об интеграции детей в немецкое общество. Задают вопросы об отношении со стороны чиновников и предлагают высказать идеи об улучшении жизни. Результаты исследования будут переданы властям. О своей работе они рассказали "Кавказ.Реалии".
Доктор Олаф Глёкнер (слева) и доктор Вахид Вахдат-Хаг
Футбольное поле боя
Одна из встреч с беженцами проходила в "неблагополучном", по отзывам, для чеченцев городе Котбус. Выходцев из Чечни тут несколько сотен. Это место печально известно массовой дракой между ними и афганцами на футбольном поле минувшим летом.
Конфликт получил резонанс и закончился ранениями нескольких человек. Тогда раненные, как чеченцы, так и афганцы, оказались в одной больнице и даже палате. Там между ними вспыхнула новая драка, после чего, как утверждают беженцы, вообще всех чеченцев Котбуса, даже тех, кто о драке не слыхал, схватила полиция. Их жилища обыскали, а мужчин увезли и заперли в камерах в одном нижнем белье на всю ночь, а утром и вовсе раздели догола.
Для чеченца это настоящее унижение. На письма об издевательствах начальству полиции и даже президенту внятного ответа чеченцы так и не получили. В беседе с учеными они выразили уверенность, что такая предвзятость имеет расистский характер.
Борода и хиджаб
Шла речь и о других проблемах. Тяжело найти работу и жилье, и не только потому что для беженцев мест нет, но и из-за религиозной нетерпимости, считают мигранты. Беженец по имени Ахмед рассказал, что несколько раз находил подходящую квартиру, получал разрешение и обязательства оплаты от соцслужб. Оставалось только отправить "аусвайс", удостоверение личности, по имейлу арендодателю.
"На этом этапе квартиры срывались. Немцы видели, что моя жена в хиджабе, я с бородой, и не хотели сдавать. Так ушло две квартиры, а найти их по нужным параметрам очень тяжело. Если здесь толерантная страна, почему же такую большую роль играет внешний вид? Почему тема религии так часто поднимается? Если вы хотите, чтобы мы интегрировались, мы для этого делаем все, что можем. Но чеченцам закрывают все дороги для интеграции".
Девочка в бассейне
Доктор Вахдат-Хаг поинтересовался, как чеченцы решают вопрос, если нормы религии входят в противоречие с законом. Например, если их дочери надо сдать экзамен по плаванию, а открытый купальник неприемлем для ислама.
"Если учитель уважительно относится к нашей культуре, он может создать условия, чтобы девочки сдали экзамен отдельно, - ответил один из собравшихся, - Или собрать мусульманок в отдельную группу для экзамена. Если же любой ценой она должна не выделяться и зайти в бассейн, то специально на случай нетолерантных учителей уже придумали костюмы, в которых женщина может зайти в бассейн со всеми остальными".
Опрашиваемые подчеркнули, что здесь нет конфликта и религия не помеха интеграции. Кроме того, ученым рассказали случай, как одной из чеченских старшеклассниц Котбуса не предоставили полагающийся ей по гуманитарным основаниям вид на жительство - она четыре года проучилась в немецкой школе, не покидала страну в течение четырех лет и сдала экзамен на знание языка. И этот отказ - тоже признак дискриминации, считают беженцы.
Ассоциация с "Норд-Остом"
По мнению доктора Вахдат-Хаг, чеченцы - закрытая группа, до которой невозможно "достучаться" извне. Проблемы общины решаются внутри религиозным регулированием или методами клановой системы. Это вызывает настороженность у немцев. В Германии каждый сам по себе, никто не защищен кланом. Другая трудность с чеченцами — это необъявленная гражданская война. Это подтверждает постоянный поток политических беженцев, которые, однако, могут уехать в любой момент - через неделю, месяц, год, когда что-то изменится в Чечне, для них лично или для их семьи. Все это осложняет планирование интеграции.
Есть и другие проблемы. "Например, турки здесь живут тут 70 лет. Когда им сказали, что нужно поменять стиль одежды, они без возражений стали одеваться по-европейски и приблизились к европейцам ментально. А когда то же говоришь чеченцам, возникают трудности, они могут уйти с работы", - делится размышлениями доктор.
"Раньше, слыша слово "чеченец", я всегда вспоминал теракт на спектакле "Норд-Ост". По словам ученого, он рад шансу столкнуться вживую с "опасными бородатыми людьми, которых все боятся" и составить личное впечатление о чеченцах, чей образ демонизирован медиа и слухами.
Олаф Глёкрен считает, что чеченцам помогла бы своя общегерманская организация, некое общественное объединение, которое представило бы диаспору с положительной стороны и построило бы диалог с госорганами.