1903 год. Важнейшая веха в судьбе большевиков. Второй съезд Российской социал-демократической рабочей партии. Углубляя на съезде раскол, Ленин добился образования двух фракций: демократического социализма (меньшевиков) и эволюционного диктаторского социализма (большевиков).
Этот раскол и его последствия обсудит историк Абдурахман Авторханов.
Your browser doesn’t support HTML5
Выступление Абдурахмана Авторханова о втором съезде партии РСДРП, прошедшем в 1903-м году
У микрофона профессор Авторханов. Как отмечалось в предыдущей передаче, раскол РСДРП на большевиков и меньшевиков произошел из-за выборов в Центральный комитет партии. Мартов предложил съезду переизбрать весь состав старой редакции, то есть себя, Плеханова, Ленина, Аксельрода, Засулич и Потресова. Ленин, в свою очередь, предложил избрать лишь первую тройку, а именно его самого, Плеханова и Мартова.
По мнению Мартова, старая шестерка вполне себя оправдала, она созвала съезд, заслужила доверие партии и дискриминация кого-либо из этой шестерки неприемлема. До конца съезда с Лениным шел лишь один Плеханов. То есть если избрать тройку, соотношение сил будет два против одного (в пользу Ленина). Чтобы дать съезду возможность свободно дискутировать, всей шестерке было предложено удалиться с заседания. Вот тогда впервые сказались плоды работы Ленина, создававшего профессиональных революционеров.
Сторонники Ленина компактным и дисциплинированным большинством поддержали предложение Ленина. Шестерка вернулась в зал, Мартов еще раз предупредил присутствующих, что если будет избрана тройка, то он откажется войти туда. Однако съезд большинством голосов принял предложение Ленина о тройке.
К слову, сам Ленин получил наименьшее число голосов. Плеханов получил 23 голоса, Мартов - 22, Ленин - 20. Тогда Мартов выступил с заявлением, которое оказалось историческим:
"Так как, несмотря на мое заявление, что я отказываюсь от кандидатуры, меня все же выбрали, то я должен заявить, что я отказываюсь от чести мне предложенной. Я не могу взять на себя ответственность за политику группы из трех лиц, которая, согласно принятому уставу, должна оказывать решающее влияние на ход дела в России. Я не хочу быть третьим в учреждении, простым придатком которого будет ЦК. Фактически вся партийная власть передается в руки двух лиц, я слишком мало дорожу званием редактора, чтобы согласиться состоять при них в качестве третьего".
Это заявление Мартова ознаменовало наступление новой эпохи в истории русского социализма (да и в истории самой России). На съезде РСДРП окончательно раскололся на две фракции: на фракцию демократического социализма во главе с Мартовым и на фракцию революционного диктаторского социализма во главе с Лениным. Первую фракцию стали называть фракцией меньшевиков, вторую - фракцией большевиков.
В ЦК пошли только сторонники Ленина. Причем по уставу ЦК предоставляюсь право кооптации, то есть триумф у Ленина был полный. Однако вскоре после съезда Плеханову стало невмоготу с Лениным. Он, вероятно, только тогда начал осознавать, куда завела его собственная незадачливость.
Выдающийся теоретик и блестящий полемист Плеханов питал какое-то органическое отвращение к черной плебейской работе в партии. Он был аристократом духа.
Ленин, наоборот, будучи одновременно и рабочей лошадью, и беспокойным седоком серой повседневной работы по организации партии, питал презрение к абстрактным теоретизированиям, блеску слова, шуму фразы.
Плеханов - теоретик, Ленин – практик. И в этом отношении они блестяще дополняли друг друга. Союз Плеханова с Лениным сначала выглядел, как брак по расчету. Когда на втором съезде глава экономистов Акимов указывал Плеханову на опасность его политического брака с Лениным, Плеханов отделывался историческими анекдотами.
"У Наполеона была страстишка разводить маршалов с их женами, иные маршалы уступали ему, хотя и любили своих жен. Товарищ Акимов в этом отношении похож на Наполеона, он во что бы то ни стало хочет развести меня с Лениным, но я проявлю больше характера, чем наполеоновские маршалы, я не стану разводиться с Лениным. Надеюсь, и он не намерен разводиться со мной".
В этом месте, согласно протокольной записи, Ленин со смехом качает отрицательно головой. Однако разводиться все-таки пришлось. Под давлением рядовой членской массы партии и, желая предупредить окончательный раскол, Плеханов предложил Ленину вернуть обратно старых членов редакционной шестерки. Ленин в знак протеста вышел из редакции. Плеханову ничего не оставалось, как вернуть в редакцию Мартова и остальных трех редакторов. Те приняли приглашение, возникла новая искра, названная большевиками меньшевистской искрой (хотя ее возглавлял большевик и председатель совета партии Плеханов).
С этих пор РСДРП фактически распался на две партии, разногласия между этими двумя партиями нарастают – сначала они носят тактический характер, потом идейный.
После съезда и после того, как меньшевики вновь овладели руководящими органами партии (ЦО, Совет партии, но ЦК все еще в руках большевиков,куда Ленин скоро предложит кооптировать себя), Ленин в 1904 году выступил с новой работой "Шаг вперед, два шага назад". В ней он защищал свой организационный план, доказывал, что создание единой партии является шагом вперед, а приход меньшевиков к власти в партии двумя шагами назад.
Ленин писал следующее: "Шаг вперёд, два шага назад… Это бывает и в жизни индивидуумов, и в истории наций, и в развитии партий. Было бы преступнейшим малодушием усомниться хоть на минуту в неизбежном, полном торжестве принципов революционной социал-демократии, пролетарской организации и партийной дисциплины".
Однако Ленин утверждал, что разногласия между двумя фракциями носили не программный и даже не тактический характер, а организационный.
Он призывал своих сторонников к суровой борьбе с оппортунистами в организационном вопросе, внушая им чувство беспощадности и жестокости по отношению к противнику. Ленин говорил: "В политике жертвы не даются даром, а берутся с боя".
Ленин говорит и о родстве меньшевистского оппортунизма в организационном вопросе с оппортунизмом международной социал-демократии. Ленин пишет: "Указанные мною принципиальные черты оппортунизма (автономизм, барский или интеллигентский анархизм, хвостизм и жирондизм) наблюдаются (с соответственным изменением) во всех социал-демократических партиях всего мира".
Весь мотив ленинского плана был разгадан в словах человека, который до съезда считался дубинкой Ленина, а на съезде отошел от него.
В словах Льва Троцкого. Ленин пишет, что Троцкий правильно охарактеризовал устав партии, заявив, что "наш устав представляет организованное недоверие, со стороны партии ко всем ее частям, то есть контроль над всеми местными, районными и национальными организациями".
Подводя общие итоги, спросим себя, что же тогда представляет из себя партия по Ленину. На этот вопрос русская революционерка, член группы освобождения труда Вера Засулич ответила так: "Партия для Ленина - это его 'план', его воля, руководящая осуществлением плана. Это идея Людовика XIV 'Государство – это я', партия – это я, Ленин".
Мартов писал о гипертрофии централизма ленинского плана, а Аксельрод прямо охарактеризовал его, как систему самодержавного бюрократического управления партии.
Ленин на все эти обвинения отвечал невозмутимо и по-своему последовательно. Да, говорил он, наша партия должна быть иерархией не только в организации революционеров, но и в массе рабочих организаций. Более того, Ленин чувствовал себя польщенным, когда Мартов призвал партии поднять восстание против ленинизма. Эти слова Мартова Ленин берет в кавычки и добавляет, что товарищ Мартов "не искусно полемизирует, он хочет уничтожить своего противника тем, что говорит ему величайшие комплименты".
Сам Ленин в адрес своих противников допускал лишь один комплимент - смачную ругань. История партии, какой она была.